Ukkaskadgel.ru

Документооборот онлайн
10 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Притворная сделка судебная практика в 2021 году

Притворились и сделали

Известно, что сейчас практически любые действия с жильем возможны только через акт купли-продажи. При этом нередко в документах на оформление перехода недвижимости из одних рук в другие цена по просьбе одной из сторон может не соответствовать устным договоренностям.

В результате этого часто после такой сделки одна из сторон бежала с жалобой в суд. А там клялась, что написанным в договоре цифрам не надо верить, так как они в реальности были совсем другими. Одни жалобщики при этом говорили про мнимую сделку. Другие — про притворную сделку. Истцы уверены, что это одно и то же. Юристы объясняют — это не просто разные понятия. У таких сделок даже последствия для граждан — разные.

Итак, наша история началась на юге страны в большом городе. Два гражданина обратились в суд с иском к третьему гражданину. Они потребовали признать их право собственности на объект незавершенного строительства — мансарду жилого дома.

Уже в суде истцы объяснили, что несколько лет назад они — трое граждан — договорились купить в складчину недвижимость. Одному из них принадлежал участок земли, где планировалось строительство. Потом все эти годы будущие домовладельцы вкладывали свои деньги и силы в то, чтобы дом построить. В итоге его достроили, но появилась проблема. Жилье заканчивалось мансардным этажом, которого не было в проектной документации на дом. Проще говоря, возведенная мансарда оказалась незаконной самовольной постройкой. Для двоих из них (напомним, у третьего было право собственности на участок) возникли проблемы с оформлением в собственность построенного дома.

В итоге яростных споров ситуация разрешилась так. Каждому из трех строителей досталось по одной трети дома, но в эти квадратные метры не вошла мансарда. Прошло время, и местная власть, точнее ее комиссия, которая занимается самостроем, решила сохранить мансардный этаж. Так чей же он будет?

Сам хозяин земли в суде иск бывших товарищей по стройке не признал вообще. Он подготовил встречный иск, в котором попросил суд признать договор купли-продажи долей дома недействительным. И применить в этом случае последствия недействительности ничтожной сделки. Он стал доказывать, что их договор продажи был именно ничтожной сделкой, так как заключался без намерения «создать правовые последствия».

Итог местных судов таков — хозяину земли пошли навстречу, а двум истцам, требовавшим равноправия в квадратных метрах, в иске отказали. Обиженные и проигравшие граждане дошли до Верховного суда. Там все решения местных судов перечитали и сказали: оба суда — районный и краевой — допустили «существенное нарушение».

Вот в чем это выразилось. По Гражданскому кодексу (статья 170) мнимой является сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия.

Это значит, что для признания сделки мнимой необходимо установить, что на момент совершения этой самой сделки стороны не намеревались создавать соответствующие этой сделке правовые последствия, характерные именно для таких сделок. Обязательным условием для признания сделки мнимой является «порочность воли каждой из ее сторон». Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий. Совершая такую сделку, стороны не собираются ее выполнять.

Местные суды исходили из того, что договор купли-продажи оказался, по их мнению, недействителен. Так как является мнимой сделкой, ведь она совершалась только для того, чтобы зарегистрировать за покупателями доли в этом доме. Ведь по договору деньги за трети дома продавцу не передавались.

Верховный суд не нашел в деле никаких обстоятельств, из которых коллеги сделали выводы о том, что договор купли-продажи — мнимый. Высший суд заметил: продажа долей для регистрации прав собственности обычное явление. Истцы не только получили право собственности, но и вселились в свои доли. Факт вселения Верховный суд перевел на юридический язык — жалобщиками «были совершены необходимые действия для создания правовых последствий, связанных с переходом права собственности».

Местные суды сослались на 168 статью Гражданского кодекса. Там сказано, что сделка, не соответствующая требованиям закона, — ничтожна. Но при этом, вероятно, забыли указать, а какие конкретно нормы закона при купле-продаже нарушены.

Районный суд вообще написал, что основанием возникновения права общей долевой собственности на дом и участок стал их договор о совместной стройке, а не купли-продажи. Который, по мнению суда, — мнимый. Из этого сделали вывод: договор купли-продажи был заключен, чтобы прикрыть договор о совместном строительстве. То есть перед нами явно притворная сделка.

По Гражданскому кодексу «притворными» названы сделки, которые совершают, чтобы прикрыть другую сделку. Если сделка притворная, то недействительной будет лишь та сделка, которой закрыли законную.Местные суды, заявил высший суд, не учли, что правовые последствия мнимой сделки отличны от правовых последствий притворной сделки. Поэтому Верховный суд решил, что выводы коллег о недействительности договора купли-продажи по мотиву мнимости не соответствует установленным судом обстоятельствам.

У суда не было оснований признать договор купли-продажи мнимой сделкой только потому, что деньги не передавались. Если денег не платили, то это по закону влечет другие правовые последствия. Но не может назвать сделку ничтожной.

ВС пояснил нюансы выявления притворности цепочки сделок по отчуждению активов

Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда РФ опубликовала Определение № 307-ЭС19-18598 по делу об оспаривании цепочки сделок между несколькими лицами по отчуждению бизнес-центра.

Суды отказали конкурсному кредитору в признании цепочки сделок ничтожной

Осенью 2014 г. ООО «Росинвест» продало бизнес-центр Владимиру Митрушину. Новый владелец, будучи акционером АО «Банк Советский», передал помещения этой кредитной организации по трем договорам дарения. В дальнейшем суд признал договоры недействительными и аннулировал записи в ЕГРН (дело № 2-3852/16). Тогда суд счел, что супруга Владимира Митрушина не давала согласия на дарение бизнес-центра (как общего имущества) банку. После возврата недвижимости Владимиру Митрушину оно было внесено в качестве вклада в уставный капитал частной акционерной компании с ограниченной ответственностью «ДММ Инвестментс Лимитед».

В дальнейшем «Банк Советский» был признан несостоятельным, конкурсным управляющим должника выступала госкорпорация «Агентство по страхованию вкладов», которая решила оспорить цепочку сделок с бизнес-центром. По мнению госкорпорации, спорные сделки, заключенные между обществом «Росинвест», Митрушиным и банком, прикрывали прямую продажу бизнес-центра банку.

Конкурсный управляющий просил арбитражный суд признать недействительными договоры купли-продажи бизнес-центра, заключенные между ООО «Росинвест» и Владимиром Митрушиным, и дарения объекта банку. Госкорпорация полагала, что к возникшим правоотношениям следует применить правила договора купли-продажи и признать банк покупателем, а общество «Росинвест» – продавцом недвижимости. Кроме того, заявитель оспорил договоры аренды по сдаче недвижимости двум сторонним компаниям, а также просил суд истребовать спорный объект из владения иностранной компании и признать права собственности банка на него.

Суды трех инстанций отказали в удовлетворении требований заявителя под предлогом того, что несоответствие воли сторон избранным ими видам договорных конструкций не подтверждается материалами дела. Они также назвали необоснованной позицию конкурсного управляющего о притворности сделок, так как в настоящее время бизнес-центр возвращен Митрушину на основе вступившего в законную силу судебного акта. Наличие такого решения суда, подчеркнули они, исключает возможность виндикации имущества в пользу банка.

ВС не согласился с выводами нижестоящих судов

Впоследствии АСВ обратилось с кассационной жалобой в Верховный Суд, Судебная коллегия по экономическим спорам которого после изучения материалов дела № А56-94386/2018 признала ее обоснованной.

Верховный Суд напомнил, что притворная сделка может прикрывать сделку с иным субъектным составом, для прикрытия таковой может быть совершено несколько сделок, а само по себе осуществление госрегистрации перехода права собственности на недвижимое имущество к промежуточным покупателям не препятствует квалификации этих сделок как ничтожных на основании п. 2 ст. 170 ГК РФ.

«Интерес истца в квалификации внешне совершенных сделок как притворных и в обнаружении действительно заключенной сделки может состоять не только в том, чтобы оспорить прикрываемую сделку, но и в том, чтобы исключить для себя те правовые последствия, которые формально порождают сделки прикрывающие. Суть правовой позиции, которую занимало Агентство при рассмотрении спора, состояла в том, что сделки по отчуждению имущества от общества “Росинвест” в пользу Владимира Митрушина и далее в пользу банка являлись взаимосвязанными, а принадлежность имущества Митрушину носила транзитный характер», – отметил ВС в определении.

Высшая судебная инстанция пояснила, что доводы конкурсного управляющего о том, стороны оформили свои отношения подобным образом, обосновывались рядом причин. Оказание банку безвозмездной помощи, как пояснил Суд, способствовало увеличению собственных активов банка в целях улучшения норматива достаточности собственных средств. Это, в свою очередь, позволило ему отразить в отчетности перед регулирующим органом улучшение финансового положения, тем самым продлив функционирование кредитной организации и привлечение им вкладов населения.

При этом передача имущества не от общества «Росинвест», а от физического лица – акционера позволяла получить освобождение от уплаты налога на прибыль. Кроме того, такой способ также давал возможность при возникновении необходимости (применения в отношении банка мер по предупреждению банкротства, отзыва лицензии и т.д.) пересмотреть свое управленческое решение по внесению имущества в капитал банка путем предъявления аффилированной с ним супруги иска об отчуждении общего имущества без согласия (что и было сделано).

«Агентство настаивало на том, что банк получил имущество не безвозмездно, поскольку общество “Росинвест” было освобождено банком от ряда финансовых обязательств (банк уступил обществу требование к аффилированному с ним ЗАО “УК “Стройгазинвест” на сумму 400 млн руб. по заниженной стоимости – за 25 млн руб.). Тем самым конкурсный управляющий полагал, что цепочка спорных сделок прикрывала прямую продажу актива от общества “Росинвест” в пользу банка, – отметил ВС. – Подобная квалификация отношений позволяет констатировать, что сделки по дарению имущества Владимиром Митрушиным банку в действительности никогда не было, что лишает супругу формальной предпосылки для оспаривания этой сделки и позволяет пересмотреть по новым обстоятельствам соответствующий судебный акт суда общей юрисдикции».

Высшая судебная инстанция добавила, что суды сосредоточили свою аргументацию исключительно на существовании решения суда общей юрисдикции, на основании которого сделка была оспорена, а имущество возвращено супругам. Однако вопреки таким выводам судов наличие решения о признании одной сделки из цепочки взаимосвязанных сделок недействительной не препятствует рассмотрению по существу требования о квалификации всей цепочки как притворной и выявлению прикрываемой сделки.

В этой связи ВС РФ отменил решения нижестоящих судов и направил дело на новое рассмотрение в первую инстанцию.

Эксперты «АГ» прокомментировали выводы Суда

Начальник юридического отдела компании UDM Михаил Клыков полагает, что основной вывод ВС РФ сводится к тому, что сделки, совершенные аффилированными с должником лицами, должны рассматриваться с большей степени критичности. «Верховный Суд указал, что при рассмотрении подобных споров судам нельзя сосредотачивать свою аргументацию исключительно на существовании преюдициального решения. Поскольку такой вывод судов может привести к тому, что аргументация стороны, оспаривающей сделку, может быть не рассмотрена нижестоящими судами, что и явилось в данном споре нарушением судами норм ст. 71, 168 и 170 АПК РФ. Иными словами, преюдициальные решения, по которым участвуют аффилированные лица должника, в рамках разрешения судьбы имущества или сделок должника, могут быть пересмотрены по новым обстоятельствам», – отметил он.

Читать еще:  О способах увеличения чистых активов организации

Эксперт полагает, что позиция Верховного Суда подтверждает направление вектора в сторону защиты активов должников и дает четкий посыл об увеличении ответственности аффилированных лиц. «На мой взгляд, этот судебный акт не станет преюдициальным в части квалификации цепочек сделок по передаче имущества банкроту как одной прямой сделки от первоначального отчуждателя к должнику. Данный вопрос уже получил свое развитие и был закреплен в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 г. № 25», – убежден Михаил Клыков.

Партнер юридической фирмы «ЭЛКО профи» Анатолий Беседин заметил, что практика квалификации цепочки сделок по отчуждению или приобретению имущества как ряда взаимосвязанных сделок, объединенных одной экономической целью, активно применяется как в делах о банкротстве, так и при оспаривании крупных сделок. «Цель этого подхода – не допустить недобросовестных действий, в результате которых лицо необоснованно извлекает выгоду, обходя различные ограничения, установленные в законе. Недобросовестные действия могут выражаться также в искусственном инициировании процедуры оспаривания отдельных сделок из общей цепочки в отдельном судебном процессе, с последующим использованием выводов суда в судебном процессе, в рамках которого анализируются вся цепочка сделок и ее результат (как правило в делах о банкротстве)», – отметил он.

По мнению эксперта, ВС отметил, что в данном деле необходимо будет рассмотреть по существу требования о квалификации всей цепочки сделок как притворной и выявить действительно совершенную (прикрываемую) сделку (так называемую прямую продажу актива). «Такой посыл требует от судов не ограничиваться анализом одной сделки из цепочки, а оценивать все взаимосвязанные сделки в совокупности, даже если одна сделка из цепочки была ранее предметом рассмотрения суда на предмет ее действительности и сами сделки по своему предмету различаются (купля-продажа, дарение, уступка права требования). В отношении же судебных актов, принятых по итогам оспаривания сделок, являющихся звеньями цепочки, возможен пересмотр по вновь открывшимся обстоятельствам и совершенно иная квалификация этих сделок. До этого времени Суд фактически предлагает игнорировать вступивший в законную силу судебный акт и не учитывать сделанные в таком акте выводы», – резюмировал Анатолий Беседин.

Старший партнер АБ «Бартолиус» Дмитрий Проводин отметил, что Верховный Суд последовательно идет по пути оценки действительной воли сторон и дает ей преимущество над волеизъявлением, выраженном в конкретных документах. «Эта позиция является прогрессивной, так как в случае, если будет доказано, что промежуточные сделки носили мнимый или притворный характер, то можно их рассматривать как одну сделку с возможностью применения к ней последствий недействительности сделки. То есть даже в случае наличия нескольких сделок и государственной регистрации, реституция будет применяться в отношении собственника, которому отчужденная вещь принадлежала на праве собственности на дату оспаривания», – пояснил он.

В то же время эксперт подчеркнул, что такая позиция, как и многие другие, которые соответствуют духу закона, но не всегда основаны на его букве, имеет и оборотную сторону. «Например, кто будет стороной по возврату денег за отчужденную вещь последнему собственнику? Сторона по сделке или банкрот, которому это имущество принадлежало ранее или оба сразу? Прямого ответа нет. Если буквально исходить из применимой логики, то возврат должен осуществляться банкротом, а это не всегда эффективный способ восстановления права. Далее, действительная воля сторон может быть истолкована неверно (для верного ее установления необходимо знание условий оборота со стороны суда и достаточно высокий уровень представителей сторон), в результате чего эта позиция может быть использована для процессуальных злоупотреблений, в результате которых приобретатель вещи должен будет вернуть ее в конкурсную массу и приобрести требования к банкроту», – полагает Дмитрий Проводин.

Он добавил, что последняя практика ВС в отношении оспаривания сделок банкрота оценивается в целом позитивно, однако из-за ее непредсказуемости создается лишнее недоверие к активам, которые были куплены у банкротов. «При проведении юридической проверки сделки, юристы зачастую рассматривают в качестве значительного риска сам факт того, что имущество было приобретено ранее у банкрота, что влияет на цену, условия сделок, а иногда является препятствием для их совершения. В связи с этим происходит своеобразное “фактическое ограничение” в оборотоспособности активов, которые были куплены у банкротов, с момента подачи заявления и до ликвидации должника, т.е. на достаточно долгий срок, что нарушает, в конечном счете, права добросовестных участников рынка», – пояснил эксперт.

Дмитрий Проводин добавил, что в данном деле Судебная коллегия ВС по экономическим спорам РФ поддерживает уже высказывавшуюся ранее позицию, что вступившее в силу решение суда (в данном случае решение суда общей юрисдикции о признании недействительной сделки о передаче бизнес-центра банку) не всегда создает преюдицию и не всегда обязательно для суда по делу о банкротстве.

«При наличии сомнений в том, что данное решение было, по сути, вынесено не для защиты нарушенных прав, а для подтверждения или легитимации сделок (или недействительности сделок) и это решение противоречит собранным, в том числе, с участием конкурсных кредиторов и арбитражного управляющего доказательствам, обстоятельства, установленные данным решением могут не быть обязательными для суда по делу о банкротстве – отметил он. – Идея здравая, препятствующая созданию “ложной” преюдиции по спорам между контролируемыми лицами с последующим использованием во вред независимым кредиторам в деле о банкротстве, однако при отсутствии четких критериев, когда преюдиция есть, а когда нет, данный подход также создает свободу для вольного усмотрения суда и, как следствие, непредсказуемость судебной практики. Такие важные вопросы, как корректировка процессуального закона, должны происходить путем изменения на законодательном уровне, а не на уровне судебных прецедентов».

Арбитражный управляющий, член Ассоциации «Московская саморегулируемая организация профессиональных арбитражных управляющих» Алексей Леонов полагает, что комментируемый судебный акт о правовой квалификации притворных сделок вызывает некоторое недоумение, граничащее с восторгом. «С одной стороны, в нем отмечается, что правопорядок признает совершенной лишь прикрываемую сделку – ту сделку, которая действительно имелась в виду. Именно она подлежит оценке в соответствии с применимыми к ней правилами. С другой стороны, СКЭС ВС РФ указывает, что интерес истца в квалификации внешне совершенных сделок как притворных и в обнаружении действительно заключенной сделки может состоять не только в том, чтобы оспорить прикрываемую сделку, но и в том, чтобы исключить для себя те правовые последствия, которые формально порождают сделки прикрывающие», — отметил он.

По словам эксперта, таким образом, Верховный Суд ориентирует суды на возможность раздельного оспаривания прикрываемых и прикрывающих сделок применительно к ст. 170 ГК РФ. «По логике комментируемого определения это касается тех случаев, когда сами прикрывающие сделки формально сами порождают какие-либо правовые последствия. При этом возможность такого оспаривания не зависит от действительности прикрываемой сделки. Тем самым Судебная коллегия косвенно признает, что любая притворная (в настоящем случае — прикрывающая транзитная сделка) сделка является противоправной, а совершение такой сделки к является очевидным признаком незаконных действий в обход закона с противоправной целью или заведомо недобросовестного осуществления гражданских прав (злоупотребление правом). Данный вывод дает расширительное толкование ст. 170 ГК РФ и поэтому он крайне важен для дальнейшего формирования практики применения судами положений об оспаривании притворных сделок в делах о банкротстве», — заключил Алексей Леонов.

Может, и дешево, но уж очень «сердито»: как себя обезопасить, покупая имущество у банкрота

Купили дорогостоящее имущество, а спустя время продавец обанкротился. Его управляющий пытается оспорить сделку. Вам придется вернуть имущество в конкурсную массу и включиться в реестр. Вероятность, что у вас получится вернуть деньги, ничтожно мала. Поэтому еще на этапе приобретения нужно знать, как себя обезопасить.

Как отличить выгодную сделку от той, которую в дальнейшем оспорят, рассказали эксперты , опрошенные «ПРАВО.ru» .

Наверняка узнать, что вы совершаете сделку с лицом, которое через несколько месяцев обанкротится, нельзя. Поэтому любая крупная сделка на вторичном рынке — это всегда риск, особенно если учитывать, как сейчас развивается практика по их оспариванию в банкротстве .

Если раньше процедуру зачастую использовали для освобождения от долгов при минимальных имущественных потерях, то сейчас на практике формируется прокредиторский подход. Это означает наиболее полное удовлетворение требований кредиторов. Если обратиться к статистике, то ежегодно количество заявлений об оспаривании сделок должника только увеличивается, а суды все чаще удовлетворяют такие требования. Прошлый год «выпадает» из этой тенденции. Возможно, на цифрах отразился действовавший тогда банкротный мораторий.

Когда сделку могут оспорить

Чаще всего сделки купли-продажи должника в делах о банкротстве оспаривают в связи с неравноценным встречным исполнением. Для аннулирования сделки по этому основанию важны два условия: дата заключения договора (нужно, чтобы сделку совершили в течение 1 года до принятия заявления о банкротстве продавца) и сам факт неравноценности .

Неравноценность определяют по тому, насколько стоимость имущества по договору соотносится с рыночной. Так, будущий должник продал квартиру в Московской области за 650 000 руб., хотя на тот момент ее рыночная стоимость была 4 млн руб. Суды решили, что цена была явно занижена и признали сделку недействительной (дело № А41-29941/2017).

НДС при выполнении работ организацией-банкротом

Закон не устанавливает четкую разницу в ценах для признания неравноценности, этот вопрос остается на усмотрение суда. Согласно п. Постановления Пленума ВАС РФ от 16.05.2014 № 28, о наличии явного ущерба для общества свидетельствует совершение сделки на заведомо и значительно невыгодных условиях, например, если предоставление, полученное по сделке обществом, в два или более раза ниже стоимости предоставления, совершенного обществом в пользу контрагента. Эту позицию использовали суды в своих решениях по делам № А55-22185/2015, № А65-18389/2019. Но как критерий неравнозначности используется еще и процентное соотношение расхождения между рыночной и договорной ценой.

Какую именно разницу между ценами суды признают неравноценной? Анализируя действующую практику, можно придти к выволду, что суды оценивают разницу между рыночной и договорной ценой следующим образом:

— от 18 до 20% — разница не является существенной (позиция ВС по делу № А53-1203/2016, решение АС Поволжского округа по делу № А65-7317/2015, решение АС Центрального округа по делу № А23-1083/2015);

— от 20 до 40% — суды оценивают неоднозначно (по делу № А43-15879/2016 расхождение в цене в 37% было признано несущественным, по делу № А71-11854/2015 расхождение в 34% было признано существенным);

— более 40% — существенное занижение цены (решение АСГМ по делу № А40-49715/2016, позиция ВС по делу № А40-49715/2016).

Как видим, исходя из практики, самым «безопасным» для покупателя будет занижение цены до 20%. Если разница больше, то риск оспаривания сделки увеличивается.

Часто продавцы сами просят занизить цену объекта, чтобы потом заплатить меньше налог с продажи. К примеру, если квартира стоит 9 млн руб., собственник предлагает 5 млн руб. указать в договоре как цену, а остальные 4 млн руб. передать наличными «за неотделимые улучшения». Это неприемлемо, даже если вас будут убеждать в юридической чистоте такой сделки. Например, что на 4 млн руб. будет оформлено дополнительное соглашение, а за полученные деньги продавец предоставит собственноручную, правильно составленную расписку.

Читать еще:  Обязаны ли пациенты покупать бахилы

Если продавец в дальнейшем обанкротится, то эту сделку обязательно признают недействительной, ведь квартиру продали по заниженной стоимости. Доказать, что реально квартира была продана за другую сумму, будет практически невозможно. Так, по делу № А41-66664/2017 суды отвергли доводы покупателя о том, что реально за квартиру он заплатил в два раза больше, чем указано в договоре. В итоге сделку признали недействительной.

Еще одно популярное основание для признания сделки должника недействительной — ее совершение в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов. Такая сделка должна быть совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом, а покупатель при этом знал или должен был знать о цели продавца.

По этому основанию сделку аннулируют, если:

— покупатель не заплатил ни копейки. Управляющий оспорил сделку купли-продажи квартиры в Санкт-Петербурге. Дело в том, что имущество зарегистрировали на нового собственника, а оплату за нее он так и не произвел (дело № А56-22745/2019);

— форма расчетов была нестандартной. Так, по делу № А40-270147/2018 будущий банкрот (ООО) решил инвестировать в строительство офисно-жилого комплекса. Застройщику общество перечислило 75 млн руб., а потом договор расторгли. Выплаченную сумму застройщик обязался вернуть. Но в итоге «расплатился» векселями третьих лиц. Конкурсный управляющий оспорил сделки, решив, что они наносят вред кредиторам. Суды с ним согласились;

При любой покупке у банкрота в 2021 году вычета НДС не будет

— должник подарил имущество. Большая вероятность, что оспорят сделку дарения с аффилированным лицом. Будущий банкрот за два года до процедуры переписал дом и земельный участок, на котором он был расположен, на жену. Суды решили, что супруга должна была знать, что у мужа есть финансовые проблемы и, возможно, он станет банкротом. Экономколлегия ВС, до которой дошел этот спор, подчеркнула, что «кризисная ситуация, как правило, не возникает одномоментно, ей предшествует период снижения прибыльности, который переходит в стадию объективного банкротства» (дело № А53-15496/2017).

Оспорить могут и мнимую сделку, то есть совершенную только для вида. Так, в рамках дела о несостоятельности № А33-26650/2016 стало известно, что сначала с будущего банкрота кредитор решил взыскать убытки в 2,6 млн руб. через суд. После возбуждения дела должник продал свой автомобиль марки Citroen. Но во время процедуры управляющий выяснил, что машиной мужчина фактически пользовался еще почти 3 года. Недействительной признают и притворную сделку. Фактически это маскировка других сделок, которые стороны в действительности собираются совершить. Так, по делу № А65-14835/2019 суды признали притворной цепочку сделок купли-продажи автомобиля Lexus. За 4 года у элитного автомобиля сменилось четыре владельца. Три инстанции решили, что вся эта цепочка была нужна, чтобы прикрыть истинную — безвозмездный вывод имущества должника. Так суды решили потому, что первый покупатель не смог доказать, что на самом деле передавал деньги по договору.

Если должник добросовестный

Но что если вы не помогали должнику «вывести» имущество, не получали недвижимость в подарок и даже цена сделки обычной по меркам рынка? Чтобы не лишиться и покупки, и денег в результате приобретения имущества «с историей», покупатель должен действовать добросовестно и с «должной осмотрительностью». Так считают суды. Это значит, что на этапе подписания договора новый собственник должен предпринять все меры, необходимые для проверки чистоты сделки.

В настоящее время стандарт добросовестности покупателя достаточно высок, что предполагает наибольшую осмотрительность покупателя при совершении сделки и проведение не формальной проверки документов, а детальной дополнительной проверки с целью установления юридической чистоты сделки.

Согласно разъяснениям Пленума ВАС, Пленума ВС в постановлении от 29.04.2010 № 22, чтобы доказать добросовестность покупателя, нужно представить платежные поручения, кассовые чеки и другие доказательства, которые подтверждают оплату по договору. Еще важно доказать финансовую возможность приобретения и отсутствие аффилированности между продавцом и новым владельцем.

Но на практике суды расширили круг условий, которые позволяют признать покупателя добросовестным. К таким условиям относится:

— проведение покупателем проверки полномочий продавца (дело № А03-16038/2016);

— ознакомление покупателя с правоустанавливающими документами на имущество (дело № А12-1534/2020);

— осмотр покупателем или доверенным лицом имущества перед совершением сделки (дело № А33-4417/2018);

— получение выписок из ЕГРН, реестра уведомлений о залогах движимого имущества (дело №А60-2733/2020);

— проверка финансового состояния продавца (дело № А27-25291/2018);

— поиск информации о наличии/отсутствии сведений о споре в отношении приобретаемого имущества (дело № А40-157934/2015).

Для признания нового собственника добросовестным не всегда нужна совокупность всех перечисленных условий, но их соблюдение позволит покупателю избежать оспаривания сделки.

Полезные советы

Покупателю важно быть осмотрительным, а значит, выяснить все об имуществе и самом продавце до совершения сделки. Проверять имущество и оценивать возможное банкротство продавца можно как самостоятельно, так и с помощью специалистов. Можно обратиться к нотариусу, который проверит отчуждаемую недвижимость на предмет продажи, дарения другим лицам и найдет сведения о нахождении имущества в залоге, споре или под арестом или об обременении правами третьих лиц. Обращение к нотариусу суды признают признаком добросовестности.

Сейчас многие юридические компании оказывают такую услугу, как Due Diligence. Она представляет собой правовой аудит, всестороннюю проверку участника сделки и оценку сведений о продаваемом активе. Да, «лишние» затраты, но скупой платит дважды.При покупке дорогостоящего имущества на вторичном рынке никогда нельзя полагаться на заверения продавца или риелтора, однозначно стоит провести комплексную проверку на наличие рисков оспаривания сделки. Расходы на проверку будут несоизмеримо малы по сравнению с ценой сделки, которая может превратиться в полный провал.

Итак, в первую очередь нужно проверить имущество, которое вы планируете приобрести. По сути, это универсальное правило при совершении любой сделки. Нужно запросить у продавца комплект документов: бумагу, которая подтверждает право собственности, в отношении автомобиля — обязательно проверить ПТС, если речь о недвижимости, то запросить расширенную выписку из ЕГРН и обратить особое внимание на частоту смены собственников. Рекомендуется также уточнить форму оплаты сделки на предыдущем этапе и ее факт. Проблемы у добросовестного покупателя могут возникнуть даже если продавец не сможет обосновать в суде, откуда у него в свое время появились наличные деньги на покупку. Конечно, если покупка не была оплачена предыдущим продавцом, это тоже риск для покупателя.

Стоит выяснить и то, почему собственник решил продать актив. Часто встречаются объявлении о продаже машин по приятной цене с отметкой «срочно нужны деньги». Сама по себе такая формулировка уже может означать, что у продавца есть некоторые финансовые трудности. Это не значит, что нужно игнорировать все предложения о продаже имущества по цене ниже рыночной. Не исключено, что продавец добросовестный и ему нужны деньги по объективным причинам — переезд, срочное лечение и так далее. Но к таким объявлениям нужно относится настороженно.

Покупатель, приобретая исправное имущество со значительным дисконтом, не мог не осознавать, что сделка нарушает права и законные интересы кредиторов должника. Действуя разумно и добросовестно, покупатель должен был поинтересоваться целью продажи автомобиля на подобных условиях, определить из общедоступных источников сведения о его средней рыночной стоимости», указал Арбитражный суд Западно-Сибирского округа по делу № А45-26468/2019.

Надо ли платить налог на прибыль с проданного при банкротстве имущества?

Затем важно проверить финансовое состояние должника. Практика свидетельствует о фактическом существовании презумпции виновности, то есть каждого продавца необходимо подозревать в будущем банкротстве. Это может помочь, даже если само банкротство произойдет намного позже: покупатель будет иметь доказательства, что проявил осмотрительность и действовал добросовестно. Можно запросить у продавца отчет из бюро кредитных историй. Но в нем не отражаются задолженности перед физическими лицами, и действующий владелец актива может отказаться.

Очевидно, что продавец, заинтересованный в продаже имущества, вряд ли раскроет перед покупателем информацию о наличии финансовых трудностей, но соответствующую проверку покупатель может провести и без его участия.

Чтобы проверить физлицо, нужно знать его фамилию, имя, отчество и паспортные данные. Копию паспорта продавец обязан предоставить потенциальному покупателю. Обладая такой информацией, покупатель сможет проверить продавца на сайте ФНС России, ФССП России (на предмет действующих исполнительных производств), в картотеке арбитражных дел или на сайтах судов общей юрисдикции по месту регистрации продавца (на предмет наличия возбужденных гражданских и арбитражных дел о взыскании задолженности).

Чугунный поплавок: когда банкротство от долгов не спасает

Важно проверить гражданина на предмет участия в юридических лицах в качестве учредителя, руководителя или акционера. Ведь его теоретически могут привлечь к «субсидиарке», что впоследствии приведет к банкротству самого продавца и оспариванию сделок, совершенных в отношении личного имущества.

Если речь про юрлицо, то можно использовать сервис «Прозрачный бизнес» — государственный информационный ресурс бухгалтерской (финансовой) отчетности на официальном сайте ФНС России и бесплатный сервис по проверке контрагентов. Сведения о компании можно почерпнуть с помощью специальных сервисов, таких как Сasebook. Из них можно узнать о наличии банкротства продавца, проанализировать и сравнить значения показателей, определяющих финансовое состояние за несколько периодов, и оценить риски возникновения неплатежеспособности продавца.

На практике суды признают, что покупатель был осведомлен о признаках банкротства продавца, если на Федресурсе и в «Коммерсанте» появились публикации о введении в отношении должника процедуры наблюдения (№ А40-69663/2017). Иногда суды также признают таким доказательством сведения из картотеки арбитражных дел о возбуждении дела о банкротстве должника (№ А62-7960/2017), но такая практика не является единообразной, признает эксперт.

Лучше дополнить договор купли-продажи заверениями об обстоятельствах, а именно, что у продавца нет проблем финансового характера (кредиторская задолженность, просуженная задолженность). И предусмотреть санкции на случай нарушения этих гарантий. Эксперт признает, что уже во время банкротства продавца это вряд ли спасет, но, возможно, отпугнет неблагонадежных продавцов.

Чек-лист всех изменений
принятых и вступивших в 2021 году

Подготовьтесь к отчетности заранее, посмотрите изменения в бухучете за 2021 год, чтобы показатели налоговой отчетности не шокировали вас в конце года, а налоговиков не спровоцировали на проверку. Воспользуйтесь вашим бесплатным доступом к бератору.

Основания и правовые последствия признания сделки недействительной

10.04.2019 42167 0 0

Заключение сделки (договора, контракта, соглашения) имеет целью получение сторонами определенного результата. Вместе с тем его достижение будет возможно лишь при условии соответствия сделки установленным гражданским законодательством требованиям. Поэтому не лишним будет напомнить основания, а также правовые последствия признания сделок недействительными.

Основания недействительности

Основания признания сделки недействительной четко определены действующим законодательством, в частности ст. 215 Гражданского кодекса (далее – ГК).

Читать еще:  Образец должностной инструкции тренерапреподавателя в 2021 году

Согласно п. 1 ст. 215 ГК основанием недействительности сделки является несоблюдение в момент совершения сделки стороной (сторонами) требований, установленных ч. 1–3, 5 и 6 ст. 203 ГК, которая определяет общие требования, соблюдение которых необходимо для действия сделки, в частности:

  • содержание сделки не должно противоречить гражданскому законодательству;
  • лицо, совершающее сделку, должно иметь необходимый объем гражданской дееспособности;
  • волеизъявление участника сделки должно быть свободным;
  • сделка должна быть направлена на реальное наступление правовых последствий, которые обусловлены ею;
  • сделка, которая совершается родителями (усыновителями), не может противоречить правам и интересам их малолетних, несовершеннолетних или нетрудоспособных детей.

Обращаем внимание, что среди оснований не названа ч. 4 ст. 203 ГК, которая содержит требование соответствия сделки форме, установленной для нее законом. Итак, несоблюдение формы сделки не означает автоматического признания ее недействительной. Вместе с тем сделка является правомерной, если ее недействительность прямо не установлена законом или если она не признана судом недействительной.

Следует обратить внимание на то, что недействительной может быть признана сделка, которая уже заключена.

Виды недействительности сделок

Согласно ст. 215 ГК необходимо разграничивать виды недействительности сделок: ничтожные сделки – если их недействительность установлена законом, и оспариваемые – если их недействительность прямо не установлена законом, но одна из сторон или другое заинтересованное лицо возражает против их действительности на основаниях, определенных законом. Другими словами, ничтожная сделка является недействительной из-за ее несоответствия требованиям закона и не нуждается в признании ее таковой судом. Однако оспариваемая сделка может быть признана недействительной только по решению суда.

К оспариваемым сделкам относятся следующие:

  • совершенные без соответствующего разрешения (лицензии);
  • совершенные под влиянием ошибки;
  • фиктивная сделка, то есть сделка, совершенная без намерения создать правовые последствия, которые предполагались ею;
  • мнимая сделка, то есть сделка, которая совершена сторонами для сокрытия другой сделки, которую они на самом деле совершили, и некоторые другие.

Также отметим, что основания признания недействительности договора (контракта) могут быть определены и другими законами. Так, отдельные специальные законы содержат нормы, которые относятся к разным отраслям права (например, земельного, налогового, антимонопольного, др.). Как указано в постановлении Пленума Верховного Суда Украины от 06.11.09 г. № 9 «О судебной практике рассмотрения гражданских дел о признании сделок недействительными», гражданские отношения относительно недействительности сделок регулируются, кроме ГК, также Земельным и Семейным кодексами, Законами от 06.10.98 г. № 161-XIV «Об аренде земли», от 12.05.91 г. № 1023-XII «О защите прав потребителей» и другими актами законодательства. Поэтому, рассматривая дела о признании сделок недействительными, суды в зависимости от предмета и оснований иска должны применять нормы материального права, которыми регулируются соответствующие отношения.

Итак, если соответствующий кодекс или закон содержит нормы, устанавливающие условия недействительности сделки, они применяются для признания соответствующего соглашения (договора, контракта) недействительным.

Следует обратить внимание, что недействительной может быть признана и отдельная часть сделки. Однако недействительность отдельной части сделки не влечет за собой недействительности других ее частей и сделки в общем, если можно предположить, что она была бы совершена и без включения в нее недействительной части (ст. 217 ГК).

Правовые последствия

Определение правовых последствий несоблюдения отдельных требований относительно заключения сделки приведены в параграфе втором гл. 16 ГК (ст. 218–235).

Заключение юридическим лицом сделки, которую оно не имело права совершать. Если юридическое лицо заключило сделку без соответствующего разрешения (лицензии) и таким образом другая сторона была введена в заблуждение, такая сделка может быть признана судом недействительной. В таком случае виновная сторона обязана возместить ей моральный ущерб, причиненный такой сделкой.

Заключение сделки, которая нарушает публичный порядок, совершена с целью, противоречащей интересам государства и общества. В частности, это сделка, которая нарушает публичный порядок, если она направлена на нарушение конституционных прав и свобод человека и гражданина, уничтожение, повреждение имущества физического или юридического лица, государства, территориальных громад, незаконное завладение им. Такая сделка ничтожна. В случае несоблюдения требования относительно соответствия сделки интересам государства и общества, его моральным принципам такая сделка может быть признана недействительной.

В случае выполнения такой сделки одной из сторон с другой стороны по решению суда взыскивается в доход государства все полученное ею и все надлежащее с нее первой стороне на возмещение полученного. При наличии умысла только у одной из сторон все полученное ею по сделке должно быть возвращено другой стороне, а полученное последней или надлежащее ей на возмещение выполненного по решению суда взыскивается в доход государства.

Сделка, совершенная под влиянием ошибки относительно обстоятельств, которые имеют существенное значение, может быть признанна судом недействительной. В этом случае существенное значение имеет ошибка относительно природы сделки, прав и обязанностей сторон, таких свойств и качеств вещи, которые значительно снижают ее ценность или возможность использования по целевому назначению. Ошибка относительно мотивов сделки не имеет существенного значения, кроме случаев, установленных законом.

В случае признания сделки недействительной лицо, которое ошиблось по своей собственной халатности, обязано возместить второй стороне причиненные ей убытки.

На сегодня недобросовестность в договорных отношениях, к сожалению, еще имеет место. Это означает, что отдельные субъекты при заключении сделок могут умышленно вводить своего контрагента в заблуждение относительно обстоятельств, имеющих существенное значение. Такая сделка может быть признана судом недействительной.

Считается, что обман имеет место, если сторона возражает против наличия обстоятельств, которые могут помешать совершению сделки, или если она замалчивает их существование. В таком случае сторона, которая применила обман, обязана возместить второй стороне убытки в двойном размере и моральный ущерб, причиненные в связи с совершением этой сделки.

Сделка, совершенная под влиянием насилия. Сделка, совершенная лицом вопреки его истинной воле вследствие применения к нему физического или психического давления со стороны второй стороны или со стороны другого лица, также признается судом недействительной. В таком случае виновная сторона (другое лицо), которое применило физическое или психическое давление ко второй стороне, обязано возместить ей убытки в двойном размере и моральный ущерб.

Сделка, совершенная вследствие злонамеренной договоренности представителя одной стороны со второй стороной. Нередко случаются случаи заключения сделок вследствие злонамеренной договоренности представителей сторон. Такая сделка признается судом недействительной. В таком случае субъект хозяйствования – доверитель – имеет право требовать от своего представителя и второй стороны солидарного возмещения убытков и морального ущерба, которые причинены ему в связи с совершением сделки вследствие злонамеренной договоренности между ними.

Сделка, совершенная под влиянием тяжелого обстоятельства. Влияние тяжелых обстоятельств, способствовавших заключению стороной сделки на крайне невыгодных для нее условиях, может быть причиной признания судом недействительности такой сделки, независимо от того, кто был ее инициатором. Если такая сделка будет признана недействительной, виновная сторона обязана вернуть второй стороне в натуре все, что она получила во исполнение этой сделки, а в случае невозможности такого возврата, в частности если полученное состоит в пользовании имуществом, выполненной работе, предоставленной услуге – возместить стоимость того, что получено, по ценам, существующим на момент возмещения. Кроме того, сторона, которая воспользовалась тяжелым обстоятельством, обязана возместить второй стороне убытки и моральный ущерб, причиненные ей вследствие совершения этой сделки.

Фиктивная сделка. Эта категория сделок и до сих пор популярна у представителей фискальной службы. ГК трактует фиктивную сделку как такую, что совершается сторонами без намерения создания правовых последствий, которые обуславливаются этой сделкой. Фиктивная сделка признается судом недействительной, а ее правовые последствия устанавливаются законами.

Мнимая сделка. Мнимой является сделка, которая совершена сторонами для сокрытия другой, которую они на самом деле совершили. Однако, если будет установлено, что сделка была совершена сторонами для сокрытия другой сделки, которую они на самом деле совершили, отношения сторон регулируются правилами относительно сделки, которую стороны на самом деле совершили.

Некоторые особенности

Согласно ст. 215 и 216 ГК требование о признании оспариваемой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности, а также требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки может быть заявлено как одной из сторон сделки, так и другим заинтересованным лицом, права и законные интересы которого нарушены совершением сделки. Вместе с тем недействительная сделка не создает юридических последствий, кроме тех, что связаны с ее недействительностью.

Одним из последствий недействительности сделки является двусторонняя реституция: каждая из сторон обязана вернуть другой стороне в натуре все, что она получила во исполнение этой сделки. А если такой возврат невозможен, в частности тогда, когда полученное состоит в пользовании имуществом, выполненной работе, предоставленной услуге, – возместить стоимость того, что получено, по ценам, существующим на момент возмещения. Если в связи с совершением недействительной сделки второй стороне или третьим лицам было причинены убытки и моральной ущерб, они подлежат возмещению виновной стороной (ст. 216 ГК).

Отметим, что стороны не вправе по своей договоренности изменять установленные законом правовые последствия недействительности ничтожной сделки. Так, требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки может быть выдвинуто любым заинтересованным лицом. Кроме того, последствия недействительности ничтожной сделки могут применяться и по инициативе суда.

Указанные правовые последствия признания соглашения недействительным применяются лишь в случае, когда законом не установлены особые условия их применения или особые правовые последствия отдельных видов недействительных сделок.

Несоблюдение сторонами установленной законом письменной формы сделки не означает ее автоматической недействительности, кроме случаев, прямо определенных законом.

Заинтересованная сторона должна доказать факт совершения сделки или оспаривания отдельных ее частей письменными доказательствами, средствами аудио-, видеозаписи и другими доказательствами, за исключением показания свидетелей. Если же сделка, для которой законом установлена ее недействительность в случае несоблюдения требования относительно письменной формы, заключена устно и одна со сторон совершила действие, а вторая сторона подтвердила его совершение, в частности, путем принятия выполнения, такая сделка в случае спора может быть признана судом действительной.

Отдельные виды сделок (залог, ипотека, дарение и т. п.) должны быть заверены нотариально. В случае несоблюдения этого требования такая сделка является ничтожной. Вместе с тем суд может признать одностороннюю сделку (например, дарения) действительной, если будет установлено, что она соответствовала истинной воле лица, которое ее совершило, а нотариальному удостоверению препятствовало обстоятельство, не зависящее от его воли.

Если стороны договорились относительно всех существенных условий договора (например, купли-продажи земельного участка), что подтверждается письменными доказательствами, и состоялось полное или частичное выполнение договора, но одна из сторон уклонилась от его нотариального удостоверения, суд может признать такой договор действительным. В таком случае дальнейшее нотариальное удостоверение договора не тре­буется.

Напоследок отметим, что ничтожная сделка или сделка, признанная судом недействительной, является недействительной с момента ее совершения. Вместе с тем если по недействительной сделке права и обязанности для сторон предусматривались лишь на будущее, возможность наступления их в будущем прекращается.

голоса
Рейтинг статьи
Ссылка на основную публикацию
ВсеИнструменты
Adblock
detector