Ukkaskadgel.ru

Документооборот онлайн
2 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Как оспорить законность помещения в психиатрический стационар

«Выволокли голым из душа»: недобровольная госпитализация в психбольницы

«Это не первый наш конфликт с мамой. Раньше она инициировала ложные доносы в полицию, теперь решила подключить психиатрическую скорую помощь. По ее словам, я предпринимаю попытки суицида и хожу по крышам. Ничего этого я, конечно, не делаю, но уже два раза оказалась незаконно госпитализирована в психбольницу», – рассказывает Ирина из Петербурга. Оба раза Ирину доставили в психиатрическую больницу №3 им. И.И. Скворцова-Степанова. Члены петербургской ОНК сообщили, что провести проверку в этой больнице им не разрешили. Легко ли не по своей воле попасть в психбольницу, разбирался корреспондент сайта Север.Реалии.

Первая госпитализация Ирины произошла в конца марта, вторая в мае. В первый раз она провела в больнице двое суток до вынесения решения суда, во второй раз ее отпустили почти сразу. Она считает эти госпитализации незаконными и будет их обжаловать. Кроме того, в своем заявлении она указывала на грубость медицинского персонала и ненадлежащие условия содержания.

Проверить условия содержания в психиатрической больнице им. И.И. Скворцова-Степанова решили в конце августа члены петербургской ОНК. В корпуса, где находятся больные, руководство их не пустило, сославшись на коронавирус. «Я убеждена, что там регулярно нарушаются права людей, а жалоб оттуда не поступает из-за того, что администрация их не отправляет», – написала член правления Гражданского форума ЕС – Россия Елена Шахова.

Эпидемиологическая ситуация не помешала членам ОНК ранее посетить петербургскую психиатрическую больницу специализированного типа с интенсивным наблюдением, отметила правозащитница. Такие проверки начались недавно. «В конце февраля вышел приказ Министерства здравоохранения, который наконец-то описал регламент посещения психиатрических больниц, где люди содержатся принудительно, – говорит Шахова. – Мы подождали, пока ситуация с коронавирусом улучшится, и начали проверки».

Проверяют члены ОНК не только условия содержания, отношения медперсонала к пациентам и соблюдение базовых прав человека, но и законность помещения людей в психиатрические больницы. Ирина считает, что в ее случае оснований для госпитализации не было. «Я не вела себя буйно. У нас просто произошел конфликт с мамой, что часто бывает. Она мне пригрозила, что я пожалею о сказанном. Утром ко мне в комнату вломились полицейские», – рассказывает Ирина.

После разговора с матерью полицейские вызвали психиатрическую скорую помощь. «Она утверждала, что скорая отказывается выезжать по ее вызову, несмотря на то что мне нужна помощь, говорила, что я нездорова, показывала какие-то фотографии. Через несколько минут приехали врачи», – вспоминает она.

У психиатра скорой не было желания разбираться в семейном конфликте. В итоге Ирину госпитализировали два раза. «В первый раз на повторном освидетельствовании мне поставили предварительный диагноз – параноидный синдром, из-за которого мне якобы мерещатся черные риелторы», – говорит Ирина. Она утверждала, что все конфликты с матерью связаны с тем, что та пытается таким образом «выжить» ее из квартиры. На второй день госпитализации состоялся суд, где помещение Ирины в больницу было признано незаконным, а первичный диагноз отменен.

Ирина обратилась в Гражданскую комиссию по правам человека (ГКПЧ), которая занимается выявлением нарушений в сфере психиатрии. По словам руководителя организации Дмитрия Грибанова, ее история – типичная для сегодняшней России. «Госпитализацию и ЕСПЧ, и Конституционный суд России признают формой лишения свободы. Одного подозрения на неадекватное поведение для того, чтобы лишить человека свободы передвижения, мало», – объясняет Грибанов. Недобровольная госпитализация законна только по решению суда. До вынесения постановления человека можно отправить в психбольницу, только если он представляет непосредственную угрозу для себя и окружающих.

Сейчас организация ведет несколько судебных процессов о признании действий психиатров скорой помощи незаконными. «Одному мужчине, который к нам обратился, врачи сломали ребра, – рассказывает Грибанов. – Скорую ему вызвал кто-то из соседей. Дверь открыла мама. Мужчина в это время мылся в душе. В итоге его оттуда вытащили и голого выволокли на улицу. Конечно, он начал сопротивляться – его избили, посадили в скорую и оставили на 20 минут. Пострадавший получил воспаление легких и потом еще полгода свое здоровье восстанавливал».

Часто людей госпитализируют в результате какого-то семейного конфликта или из-за пресловутого «квартирного вопроса», отмечают в ГКПЧ.

Согласно закону «О психиатрической помощи», попасть в больницу можно тремя способами: добровольно – когда пациент сам обращается к врачу и подписывает согласие на госпитализацию; принудительно – когда суд назначает лечение вместо отбывания наказания за совершенное преступление и недобровольно – когда в преступлении человека не обвиняли, но он опасен для себя и окружающих. Последнюю форму госпитализации могут инициировать родственники, полицейские, соседи и посторонние, вызвав психиатрическую скорую или доставив человека в больницу.

По словам психиатра и участника правозащитного проекта «Дело Пинеля» Виктора Лебедева, количество госпитализаций в психиатрические больницы постепенно уменьшается. При этом процент недобровольных госпитализаций растет, утверждает он. По данным управления судебного департамента Петербурга, в 2018 году число помещений в психбольницы по решению суда выросло на 15 – с 206 в 2017 году до 221 в 2018 году. За 2020 год пока известно о 113 случаях принудительной госпитализации в Петербурге.

– Психиатрия до определенного момента всегда выполняла функцию стража общества. Конечно, она и сейчас может использоваться как инструмент давления, например, на активистов. Но при этом у государства есть масса других репрессивных мер, чтобы без помощи психиатрии изолировать человека от общества, – размышляет Лебедев. Отправлять активиста в психбольницу – это скорее сложный путь, уверен он. Для этого нужен какой-то повод: диагноз или неадекватное поведение, которое может о нем свидетельствовать. У большинства активистов этого повода нет.

Незаконное помещение в психиатрическую больницу на месяц московский суд оценил в 20 тыс. руб.

25 декабря Тверской районный суд г. Москвы вынес решение (имеется у «АГ»), которым присудил гражданину 20 тыс. руб. в качестве компенсации морального вреда за незаконную госпитализацию в психиатрическую больницу, снизив запрашиваемую истцом сумму в 50 раз.

Повод для обращения в суд за компенсацией морального вреда

16 июня 2011 г. инвалид третьей группы Евгений Алёхин был задержан сотрудниками полиции и в тот же день принудительно помещен в ГБУЗ ПКБ № 1 имени Н.А. Алексеева, в которой ранее проходил лечение. Через неделю больница обратилась в суд с требованием о его принудительной госпитализации. Медучреждение обосновало свои требования ссылкой на психическое заболевание пациента и его опасность для себя и окружающих.

Судебное разбирательство прошло в отсутствие Евгения Алёхина, на нем присутствовали лишь его адвокат и лечащий врач, а также прокурор. В итоге Симоновский районный суд г. Москвы удовлетворил требование заявителя, впоследствии его решение устояло в апелляции. Общий срок принудительного лечения гражданина составил 29 дней, он покинул стационар лишь 15 июля.

В ноябре 2014 г. Президиум Мосгорсуда отменил ранее вынесенные судебные акты по делу ввиду нарушения нижестоящими инстанциями норм процессуального права. «Сведения о рассмотрении данного дела непосредственно в помещении психиатрической клинической больницы № 1 имени Н.А. Алексеева отсутствуют, равно как и отсутствуют сведения о том, что судом были предприняты все необходимые меры к реализации права Евгения Алёхина лично участвовать в судебном рассмотрении вопроса о его госпитализации», – отмечено в постановлении Мосгорсуда (имеется у «АГ»).

Читать еще:  Исковое заявление об установлении отцовства. образец и бланк 2021 года

Со ссылкой на Определение КС РФ № 544-О-П от 5 марта 2009 г. Мосгорсуд отметил, что принудительная изоляция от общества лиц, страдающих психическим заболеванием, по причине их предполагаемой опасности для себя или окружающих затрагивает следующие конституционные права: свободу передвижений, право на свободу и личную неприкосновенность. «Вместе с тем гражданин, о принудительной госпитализации которого идет речь, лишен возможности каким-либо образом оспорить точку зрения представителя психического стационара о том, что он не может присутствовать на судебном заседании в помещении суда. Именно в силу этого роль суда в таких случаях не может сводиться лишь к формальному удовлетворению заявления о принудительной госпитализации гражданина или продлении срока его принудительной госпитализации: суд обязан удостовериться, что отсутствуют основания сомневаться в достоверности и полноте сведений, представленных врачами-психиатрами в подтверждение необходимости проведения судебного заседания в психиатрическом стационаре, при этом такие сведения в соответствии с ч. 2 ст. 67 ГПК РФ не могут иметь для суда заранее установленной силы и подлежат оценке в совокупности с другими доказательствами на основе внутреннего убеждения судьи», – пояснил Мосгорсуд.

Таким образом, кассация сочла, что Евгений Алёхин был лишен права оспорить точку зрения представителя психиатрического стационара ввиду отсутствия на судебном заседании. Дело было направлено на новое рассмотрение в первую инстанцию.

В марте 2017 г. Симоновский районный суд отказал в удовлетворении иска психиатрической больницы о принудительной госпитализации Евгения Алёхина. В решении (имеется у «АГ») суд указал, что основанием для госпитализации послужило заключение комиссии врачей, однако больница не доказала его обоснованность. «Заключение врачей-психиатров психиатрического учреждения выступает в качестве одного из предусмотренных законом доказательств, которое оно обязано представить суду, однако оно не является заключением эксперта в смысле ст. 86 ГПК РФ», – отмечается в решении суда.

Суд в 50 раз снизил размер компенсации морального вреда

Впоследствии Евгений Алёхин обратился в суд с иском к Минфину России и Департаменту финансов г. Москвы о взыскании компенсации морального вреда на сумму в 1 млн руб. В обоснование своих исковых требований гражданин сослался на пережитые им нравственные страдания, связанные с госпитализацией в психиатрическую больницу и принудительным лечением в ней.

Он указал, что ему были назначены антипсихотические препараты, которые вводили ему принудительно. Кроме того, его разместили в общем коридоре больницы, и на протяжении всего срока пребывания в ней он не был переведен в палату. Он указал, что из-за этого был лишен нормального покоя и сна, поскольку мимо него проводили прибывших в больницу пациентов, большинство из которых находились в состоянии острого психоза.

Тверской районный суд г. Москвы согласился с доводом истца о том, что ответчиком по гражданскому спору является именно Минфин России. Первая судебная инстанция также сочла обоснованным требование истца о присуждении ему компенсации морального вреда в связи с неправомерным характером его госпитализации. При этом суд учел возраст пациента, его болезни, инвалидность в связи с психиатрическим заболеванием, длительность принудительной госпитализации и неоднократность прохождения соответствующего лечения.

Вместе с тем со ссылкой на различные положения ГК РФ и разъяснения Постановления Пленума ВС РФ от 20 декабря 1994 г. № 10 суд отметил, что при определении размера компенсации морального вреда следует учитывать характер, объем и длительность причиненных истцу нравственных страданий, индивидуальные особенности последнего (в том числе его возраст и состояние здоровья), степень вины ответчика, а также требования разумности и справедливости.

Тверской районный суд пришел к выводу, что компенсации в 20 тыс. руб. будет достаточно. «Указанный размер компенсации морального вреда суд полагает соответствующим фактическим обстоятельствам настоящего гражданского дела, разумным и справедливым, отвечающим требованиям добросовестности и объему пережитых истцом страданий. Требования истца о взыскании компенсации морального вреда в большем размере суд считает несоразмерными причиненному вреду», – отмечено в решении суда.

Апелляционная жалоба уже подана

Адвокат правозащитной организации «Зона права» Ильнур Шарапов, представлявший интересы Евгения Алёхина в Тверском районом суде, сообщил «АГ», что уже подал апелляционную жалобу (имеется у редакции).

В жалобе отмечается, что решение суда является необоснованным в части размера компенсации морального вреда, а также принятым без учета обстоятельств, которые имеют существенное значение для правильного разрешения дела.

«Решение суда в части назначенной суммы компенсации морального вреда считаем необоснованным. К сожалению, в России практика по таким делам крайне мала, поэтому мы просили суд ориентироваться на решения Европейского Суда по схожим делам. Поскольку суд первой инстанции не дал надлежащую оценку нашим аргументам, рассчитываем, что суд апелляционной инстанции все же изменит решение и увеличит сумму компенсации», – прокомментировал Ильнур Шарапов.

Эксперты «АГ» указали на крайне низкий размер присужденной судом компенсации

Адвокат, председатель Коллегии адвокатов системы биоэкологической безопасности и здравоохранения РФ Юрий Меженков полагает, что в рассматриваемом деле суд исходил из простого принципа: если вынесенное решение в отношении истца неправомерно и отменено, следовательно, требование о возмещении морального вреда является обоснованным. «Гораздо больший интерес представляет постановление Президиума Мосгорсуда от 21 ноября 2014 г., которым отменены предыдущие судебные акты. В основу отмены были положены либо процессуальные нарушения нижестоящих судов, либо нарушенные права пациента», – отметил он.

По словам эксперта, в настоящем деле суд не указал причину, по которой истец сначала был госпитализирован в психиатрический стационар, а затем выписан. «Вероятнее всего, госпитализация истца, а затем выписка происходили все-таки по медицинским показаниям. В общей сложности он провел в стационаре около одного месяца. Много это или мало, сложно сказать, но если сравнивать с резонансным делом врача-психиатра Андроновой из Астрахани, то сумма в 20 тыс. руб. за месяц незаконной госпитализации является ничтожно малой. Ведь за аналогичные действия врач Андронова была признана Кировским районным судом г. Астрахани виновной по ч. 1 ст. 293 УК РФ, и с нее, а не из бюджета РФ в пользу потерпевшей было взыскано 500 тыс. руб. Между тем в этом случае потерпевшая (гражданский истец) провела в психиатрическом стационаре менее суток», – отметил Юрий Меженков.

Адвокат АБ «Онегин» Дмитрий Бартенев пояснил, что решения судов о принудительной госпитализации в психиатрический стационар отменяются весьма редко, но если это и происходит, то нередко, как и в ситуации данного дела, уже после окончания такой госпитализации. «Если дело направляется на новое рассмотрение и в последующем (уже после прекращения принудительного лечения) суд отказывает в госпитализации, то такое решение может иметь для самого человека лишь символическое значение. В данном деле истец все-таки добился компенсации, однако это скорее исключение», – отметил он.

По словам эксперта, ранее в подобной ситуации КС РФ отказывал в принятии дела к рассмотрению и аналогичное решение вынес ЕСПЧ. «Проблема в том, что на момент принудительного нахождения истца в больнице формально действовало решение суда, и больница ограничивала свободу человека на основании этого решения. Мне такой подход судов кажется несправедливым, и настоящее успешное решение суда можно только приветствовать, поскольку очень часто недобровольная госпитализация является результатом не столько ошибочного медицинского усмотрения врачей, с которым соглашается суд, а скорее – результатом неправомерных действий в отношении самого пациента (например, необоснованных требований родственников, которые врачи не проверяют). Более того, дела о недобровольной госпитализации нередко рассматриваются исключительно формально, сам процесс занимает несколько минут, и фактически сам пациент не имеет реальной возможности оспорить требование больницы», – пояснил Дмитрий Бартенев.

Читать еще:  Образец претензии на обмен товара ненадлежащего качества

Он добавил, что размер взысканной судом компенсации является явно заниженным. «Речь идет о лишении свободы в течение одного месяца, и соображения, на которых основывался суд в данном деле, уменьшая компенсацию, а именно – факт предыдущей госпитализации истца – совершенно неприемлемы. Фактически речь идет о дискриминации истца по мотиву того, что он ранее лечился в психиатрической больнице, а значит, высокая компенсация для него не полагается», – резюмировал адвокат.

В принудительном лечении не усмотрели морального вреда

Суд отказал в компенсации читинскому активисту за помещение в психиатрическую больницу

В Чите суд отказал в компенсации морального вреда гражданскому активисту Николаю Лиханову, которого незаконно поместили в психиатрическую больницу. Прокуратура указала в суде, что российское законодательство не предусматривает реабилитации и компенсации за госпитализацию без оснований. Адвокат активиста намерен пожаловаться в Конституционный суд на пробелы в законодательстве.

Фото: Юрий Мартьянов, Коммерсантъ

Центральный районный суд Читы вчера отказал в иске местному активисту Николаю Лиханову, который требовал у психиатрической больницы им. В. Х. Кандинского компенсацию в размере 800 тыс. руб. за незаконную госпитализацию. В стационар 44-летний активист и тренер по боксу попал после заявлений сотрудников краевой администрации, куда он часто приходит, чтобы подать жалобу. Господин Лиханов начал бороться за справедливость в 2010 году, когда помещение детского спортклуба «Спартак», в котором он работал, передали в ведение МВД и клуб закрылся. С тех пор он вместе с братом проводит акции, в том числе против отмены прямых выборов мэра Читы. Братья также расследовали работу энергетических компаний ОАО «МРСК Сибири» и ПАО ТГК-14, которые через суды взыскивали с властей края долги и упущенную выгоду в миллиарды рублей. Николай Лиханов, имеющий специальность «бухучет и аудит», провел проверку и пришел к заключению, что долги могут быть фиктивными. В краевом МВД передали заявления чиновников в психиатрическую больницу. Господина Лиханова задержали и доставили в стационар, где врачи провели обследование и сделали вывод, что он «может представлять опасность для себя и окружающих». На этом основании районный суд отправил его на госпитализацию. В стационаре активист провел 23 дня. Однако Забайкальский краевой суд отменил решение нижестоящего суда, указав, что врачи не представили подтверждения необходимости принудительного помещения в стационар.

На процесс по вопросу компенсации были приглашены врачи—члены экспертной комиссии. «Я у них спросил, почему, согласно ст. 5 закона “О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании”, не был приглашен мой адвокат (после задержания.— “Ъ” ), а также мне запретили пригласить независимого эксперта (для работы во врачебной комиссии.— “Ъ” ), а они ответили, что я мог бы попросить провести повторную экспертизу»,— сказал “Ъ” Николай Лиханов.

Сами врачи уверены, что ошибки в решении о госпитализации не было. Они указывали суду, что господин Лиханов хоть и не получал в стационаре специальных препаратов, но прошел «лечение средой» и благодаря этому не смог никому причинить вреда. «Получается, что люди боятся совершать преступления, чтобы не угодить в тюрьму, а тут сразу отправляют фактически в тюрьму, чтобы человек не совершил чего»,— комментирует адвокат активиста Роман Сукачев.

Представители прокуратуры не опровергали незаконность госпитализации. «Однако прокурор сказал, что в российском законодательстве не предусмотрено такого порядка, как выплата компенсаций за незаконное помещение в психиатрическую больницу, и на этом основании попросил отказать в иске. Суд его поддержал»,— сообщил господин Сукачев. Сам он подтверждает: прямой нормы о такой компенсации нет, но напоминает, что ст. 151 Гражданского кодекса (компенсация морального вреда) предусматривает возможность назначения компенсации, если были нарушены личные неимущественные права гражданина. Адвокат говорит, что аналогичных судебных процессов в России еще не было: «К сожалению, в целом по России практика такова, что, несмотря на незаконное помещение в психиатрическую больницу, считается, что это не стоит компенсации».

Адвокат намерен обжаловать решение суда, а также планирует дойти до Конституционного суда, чтобы попросить убрать пробел в законодательстве. «Конституционный суд может вынести решение о необходимости поправок к законам. Это должны быть поправки к Гражданскому и Гражданско-процессуальному кодексам. У нас ведь даже в Уголовном кодексе есть право на реабилитацию»,— говорит господин Сукачев. Он отмечает, что психиатрические больницы должны нести ответственность: «А то складывается ощущение, что можно отправить в больницу любого родственника, если тот в плохом настроении и начинает кричать».

Правовой аналитик международной правозащитной группы «Агора» Дамир Гайнутдинов в своем докладе об использовании психиатрии в борьбе с активистами называет самой проблемной точкой, в которой права человека подвергаются угрозе, момент назначения и проведения судебно-психиатрической экспертизы. Он приводит данные центра имени Сербского: в 2014 году в среднем по России из лиц, подвергнутых судебно-психиатрической экспертизе, в итоге были признаны невменяемыми 6,6%. При этом во Владимирской области — 16%, в Свердловской области — 16,6%, а в Дагестане — 22,6%. «В стране полностью отсутствует негосударственная психиатрическая экспертиза, а судебная практика крайне дискриминационна в отношении пациентов»,— отмечает господин Гайнутдинов. Он говорит о появлении тенденции: следователи все чаще запрашивают суды об отправке гражданских активистов на судебно-психиатрическую экспертизу.

Публикации

МОСКВА, 13 мая — РАПСИ. Направление автора материала «Карелия устала от попов» Максима Ефимова на судебную психолого-психиатрическую экспертизу законно в рамках уголовного дела и не является элементом карательной психиатрии, заявил РИА Новости старший научный сотрудник ГНЦ социальной судебной психиатрии имени Сербского Дмитрий Ошевский.

Ниже приводится справочная информация об истории отечественного законодательства в этой сфере.

Оказание всех видов медицинской помощи в современной России законодательно регулируется «Основами законодательства РФ о здравоохранении», принятыми 22 июля 1993 года. Это главный закон, регулирующий основы профессиональной деятельности медицинских работников.

Однако психиатрическая помощь опирается на специально принятый в 1992 году закон «О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании». Подобного закона не имеют никакие другие медицинские специальности.

Регулирование до распада СССР

Еще в дореволюционной России психиатры неоднократно поднимали вопрос о необходимости законодательной основы для своей деятельности. Эта тема обсуждалась на первом съезде отечественных психиатров, проходившем в Москве в 1887 году. Был подготовлен проект законодательства о душевнобольных, он был опубликован и представлен 1-му Съезду психиатров, созданному Союзом русских психиатров и невропатологов в Москве в сентябре 1911 года. Но Первая мировая война помешала принятию закона.

Читать еще:  Должностная инструкция технического директора функции обязанности

В годы советской власти правовой основой оказания психиатрической помощи были ведомственные и межведомственные нормативные документы, регулирующие вопросы помещения больных в психиатрические стационары.

В частности, в октябре 1961 года была утверждена инструкция Минздрава СССР «По неотложной госпитализации психически больных, представляющих общественную опасность», согласованная с прокуратурой и МВД СССР. В соответствии с этим документом, больного можно было поместить в психиатрический стационар без его согласия и без согласия его родственников и опекунов «при наличии явной опасности» его для окружающих или для самого себя.

При этом госпитализированный больной в течение суток должен был пройти освидетельствование спецкомиссией из трех психиатров. Комиссия рассматривала вопрос о правильности стационирования и определяла необходимость дальнейшего пребывания больного в больнице, осматривая его не реже одного раза в месяц.

В инструкции был дан перечень болезненных состояний, представляющих «несомненную общественную опасность». При оценке врачи должны были соблюдать «сугубую осторожность» и, не расширяя показаний к неотложной госпитализации, своевременным стационированием предотвращать возможное совершение больными общественно-опасных действий.

В августе 1971 года обновленный вариант инструкции о неотложной госпитализации психически больных был утвержден Минздравом, прокуратурой и МВД СССР. В тексте подчеркивалось, что строгое соблюдение законности, в частности медицинская обоснованность неотложной госпитализации (оформление направления, освидетельствование врачебной комиссией в порядке и в сроки, установленные инструкцией) — обязательно.

Текст инструкций 1961 и 1971 годов был подготовлен юристом Александром Рудяковым, который возглавлял юридическую консультацию при главном психиатре Московской области.

Основания для госпитализации в советской инструкции

Показанием для неотложной госпитализации, согласно финальному изданию инструкции, являлась общественная опасность больного, обусловленная следующими особенностями его болезненного состояния:

— неправильное поведение вследствие острого психотического состояния (психомоторное возбуждение при склонности к агрессивным действиям, галлюцинации, бред, синдром психического автоматизма, синдромы расстроенного сознания, патологическая импульсивность и так далее);

— систематизированные бредовые синдромы, если они определяют общественно опасное поведение больных;

— ипохондрические бредовые состояния, обуславливающие неправильное, агрессивное отношение больного к отдельным лицам, организациям, учреждениям;
— депрессивные состояния, если они сопровождаются суицидальными тенденциями;

— маниакальные и гипоманиакальные состояния, обуславливающие нарушение общественного порядка или агрессивные проявления в отношении окружающих;

— острые психотические состояния у психопатических личностей, олигофренов и больных с остаточными явлениями органического повреждения головного мозга, сопровождающиеся возбуждением, агрессивными и иными действиями, опасными для себя и для окружающих.

В документе также отмечалось, что перечисленные болезненные состояния, «таящие в себе несомненную опасность для самого больного и общества, могут сопровождаться внешне правильным поведением и диссимуляцией».

Российское регулирование

После распада СССР рабочая группа Верховного суда России продолжила работу по созданию отечественного законопроекта об оказании психиатрической помощи.

Проект закона был предоставлен для обсуждения в комитет по охране здоровья, социальному обеспечению и физической культуре Верховного совета России. Окончательный вариант законопроекта был опубликован в медицинской и психиатрической печати. Были получены отзывы на проект от комитетов и комиссий Верховного совета, различных ведомств и Всемирной организации здравоохранения.

2 июля 1992 года Верховный совет принял закон «О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании», который вступил в силу 1 января 1993 года. Впоследствии в закон неоднократно вносились поправки и изменения: от 21 июля 1998 года, 25 июля 2002 года, 10 января 2003 года, 29 июня, 22 августа 2004 года, 27 июля 2010 года, 7 февраля, 6 апреля, 21 ноября 2011 года.

Порядок госпитализации по российскому закону

Статья 29 закона «О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании» предусматривает три случая (основания), когда гражданина могут госпитализировать в психиатрический стационар в недобровольном порядке — когда «его обследование или лечение возможны только в стационарных условиях, а психическое расстройство является тяжелым и обусловливает:

— его непосредственную опасность для себя и для окружающих;

— его беспомощность, то есть неспособность самостоятельно удовлетворять основные жизненные потребности;

— причинение существенного вреда его здоровью вследствие ухудшения его психического состояния, если лицо будет оставлено без психиатрической помощи».

Статья 30 Закона гласит: «Меры физического стеснения и изоляции при недобровольной госпитализации и пребывании в психиатрическом стационаре применяются только в тех случаях, формах и на тот период времени, когда, по мнению врача-психиатра, иными методами невозможно предотвратить действия госпитализированного лица, представляющие непосредственную опасность для него или других лиц, и осуществляются при постоянном контроле медицинского персонала».

Предусматривается, что лицо, помещенное в психиатрический стационар в недобровольном порядке, подлежит обязательному освидетельствованию в течение 48 часов комиссией врачей-психиатров психиатрического учреждения, которая принимает решение об обоснованности госпитализации. Если госпитализация признана необоснованной и госпитализированный не желает остаться в стационаре, он подлежит немедленной выписке. Если госпитализация признана обоснованной, заключение комиссии психиатров в течение 24 часов направляется в суд по месту нахождения больницы для решения вопроса о дальнейшем пребывании лица в нем.

Процессуальные права подлежащих госпитализации

В 2007-2009 годах в российском законодательстве, касающемся психиатрической практики, произошли серьезные изменения.

В частности Конституционный суд России своим постановлением от 20 ноября 2007 года признал не соответствующими конституции положения ряда статей УПК России, которые не позволяют лицам, в отношении которых осуществляется производство о применении принудительных мер медицинского характера, лично знакомиться с материалами уголовного дела, участвовать в судебном заседании при его рассмотрении, заявлять ходатайства, инициировать рассмотрение вопроса об изменении и прекращении применения указанных мер и обжаловать принятые по делу процессуальные решения.

В соответствии с этим постановлением, гражданам, в отношении которых осуществляется производство о применении принудительных мер медицинского характера, были возвращены процессуальные права, которых их лишала правоприменительная практика.

27 февраля 2009 года было провозглашено постановление Конституционного суда России по делу о проверке конституционности ряда положений Гражданского процессуального кодекса и пункта 4 статьи 28 закона «О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании». Суд признал:

— не соответствующим конституции положение части первой статьи 284 ГПК, позволявшее суду принимать решение о признании гражданина недееспособным лишь на основании заключения судебно-психиатрической экспертизы и без предоставления такому гражданину возможности изложить суду свою позицию;

— не соответствующими конституции положения части пятой статьи 37, части первой статьи 52, пункта 3 части первой статьи 135, части первой статьи 284 и пункт 2 части первой статьи 379/1 ГПК, лишающие гражданина, не участвовавшего в первичном судебном разбирательстве и признанного судом недееспособным, права обжаловать такое решение в вышестоящие судебные инстанции;

— не соответствующим конституции положение части четвертой статьи 28 закона «О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании», позволяющее принудительно госпитализировать недееспособного гражданина в психиатрический стационар без судебного решения.

Конституционный суд указал в своем постановлении, что граждане, вопрос о дееспособности которых рассматривается судом, являются равноправными участниками судебных разбирательств и имеют право защищать свои права, что невозможно без их личного участия в деле.

голоса
Рейтинг статьи
Ссылка на основную публикацию
ВсеИнструменты
Adblock
detector